|
 |
|||||
|
||||||
|
|
|||||
|
||||||
Опубликована статья в журнале НСКУ "Корпоративное управление"Вышел в свет № 1 за 2006г. НСКУ "Корпоративное управление" (http://www.nccg.ru/ ). В журнале опубликована статья Директора по правовым вопросам Консалтинговой Группы "АСПЕКТ" Молотникова А.Е. "Особенности русских недружественных поглощений" Текст статьи (http://nccg.ru/site.xp/050050051051124056057057124.html) «Особенности русских недружественных поглощений»
|
| Собственность в России уже много веков является объектом споров «хозяйствующих субъектов». Еще в 1097 году русские князья пытались узаконить свои владения и прекратить посягательства на них соседей-соплеменников. Тогда был созван съезд в городе Любече на Днепре. Князья пытались договориться о «прекращении междукняжеских распрей из-за уделов и сплотиться против разорявших Русь половцев». Как свидетельствуют летописцы, князья заявили на Любеческом съезде следующее: «3ачем губим Русскую землю, сами на себя ссоры навлекая? А половцы землю нашу расхищают и радуются, что нас раздирают междоусобные войны. Да с этих пор объединимся чистосердечно и будем охранять Русскую землю, и пусть каждый владеет отчиной своей» («каждо да держить отчину свою»). В благородном порыве князья даже целовали крест в знак верности соглашению. Но приступ «чистосердечного единения» был недолгим. Чуть ли не сразу после съезда в Киеве Святополк и Давыд Игоревич схватили, а затем ослепили князя Василька, чье богатство давно их привлекало. Иностранные купцы приезжали все реже, опасаясь своих агрессивных и хорошо вооруженных партнеров. Страна, как следствие, становилась все более уязвимой для внешних захватов. Национальная идея растворилась в заботах о захвате чужой собственности. Летописцы тех лет, будучи людьми подневольными, и то увещевали удельных князей «не пленяться суетной славой сего света, не отнимать чужого, не лукавствовать друг с другом, не обижать младших родичей». Сегодняшние междоусобные войны и набеги осуществляются не на территориальные образования, а на корпоративных субъектов. По оценкам специалистов, потери отечественных компаний в результате корпоративных конфликтов, связанных с «недружественными» поглощениями, исчисляются десятками миллиардов долларов. На втором национальном форуме «Слияния и поглощения в России» член Комитета Госдумы РФ по безопасности Геннадий Гудков заявил, что результатом этих поглощений «становится срыв графиков работ, нарушение технологических цепочек, отвлечение специалистов для выполнения непрофильных работ и как следствие - снижение рентабельности предприятий»*. Эта огромная по своим масштабам практика незаконного захвата собственности происходит при попустительстве местных властей (вследствие их тотальной коррумпированности) и равнодушной безучастности гражданского населения страны, испытывающего глубочайшую неприязнь к предпринимателям и, следовательно, к их проблемам. Корпоративные междоусобицы, таким образом, остаются главным источником головной боли для российских бизнесменов и инвесторов. По данным статистики, только в Москве в 2004 году были незаконно захвачены 190 предприятий - силовыми методами или с помощью махинаций в судах. Неслучайно мэр столицы назвал корпоративные захваты разновидностью «экономического терроризма», а Президент России, высказывая свое критическое отношение к рыночному беспределу, заявил: «Всем, кто открывает новое дело, регистрирует новое предприятие, всем им нужно давать медали за личное мужество»**. И хотя медали «За стойкость в корпоративной войне» еще не учредили, подвиги здесь совершаются с завидной регулярностью. Эксперты убеждены, что, учитывая высокую прибыльность бизнеса по захвату предприятий - до 1000% прибыли, ожидать спада на рынке захватов в Москве и в России в целом в ближайшие годы не приходится. А значит, страна и дальше будет терпеть экономические убытки, а имиджу России будет наноситься непоправимый ущерб***. В США и Великобритании термин «недружественные поглощения» имеет совершенно иное значение, отличное от российского. Если в иностранных юрисдикциях это означает скупку акций на рынке, которая осуществляется против воли менеджмента компании и/или собственников наиболее крупных пакетов акций, то в России недружественные поглощения чаще всего представляют собой установление контроля над компанией с применением противозаконных методов и средств, часто сопровождающихся завладением акциями компании против воли их настоящих собственников. Именно поэтому действия корпоративных агрессоров достаточно сложно определить как «недружественное поглощение». Если при перехвате управления компанией происходит нарушение положений Уголовного кодекса, вряд ли осуществленную сделку можно назвать поглощением. Это корпоративный захват. Причины данного явления коренятся и в психологии отечественного предпринимателя, привыкшего получать все и сразу по минимальной цене, и в отсутствии цивилизованного рынка купли-продажи бизнеса. Пожалуй, главной причиной возникновения данного явления стало общественное отношение к проблеме появления класса новых собственников. Основная масса населения полагает, что небольшая кучка предприимчивых людей получила контроль над всенародным достоянием- промышленностью. Легитимность статуса этих собственников многим кажется призрачной, из чего следует возможность применения на практике идеи перераспределения имущества. Это напоминает большевистский лозунг «грабь награбленное». Осложняется ситуация идеологическим вакуумом, в котором основной целью отечественного бизнеса стало прежде всего получение прибыли. Бизнес по захвату чужой собственности является предельно доходным, довольно часто норма прибыли превышает 1000%. В России не произошла легитимизация собственности даже в глазах самих предпринимателей. Право собственника не уважается, иначе вполне солидные предприниматели не стали бы финансировать отъем бизнеса у своих коллег. Проблема осложняется еще и тем, что в мегаполисах стоимость бизнеса в несколько раз меньше стоимости недвижимости, принадлежащей определенной компании. Это делает такую недвижимость крайне привлекательной****. Основные группы, инициирующие подобные процессы, - это финансово-промышленные группы и интегрированные структуры, инвестиционные компании, владельцы компаний, совладельцы бизнеса и менеджмент компаний. Финансово-промышленные группы и интегрированные структуры Еще несколько лет назад эти группы были основными инициаторами перераспределения собственности в России. В то время шло активное создание отечественных бизнес-империй. Как правило, крупный капитал любой ценой стремился получить контроль над интересующим активом, разрабатывая и претворяя в жизнь уникальные схемы всех типов - от дружественных сделок до корпоративных захватов. Разумеется, в их руках концентрировались значительные финансовые, административные и интеллектуальные ресурсы, что позволяло им чаще, чем другим инициаторам корпоративных захватов, достигать поставленной цели. В настоящее время активность крупного капитала заметно снизилась. Тому есть несколько причин. Завершается формирование данных структур (отдельные компании, конечно же, приобретаются, однако не так часто, как раньше, и все чаще за пределами России). К тому же сложилась неопределенная обстановка с дальнейшим развитием бизнеса в нашей стране, повысились политические риски. Сегодня инициативу перехватили средние интегрированные структуры. Если взглянуть на структуру сделок по слияниям и поглощениям за последнее время, то именно эти компании и проявляют наибольшую активность. Инвестиционные компании В большинстве случаев инвестиционные компании обладают менее серьезными ресурсами, нежели интегрированные структуры. Правда, это не касается их финансовых возможностей. Интегрированные структуры имеют перевес, к примеру, в использовании административного ресурса. Довольно часто владельцы крупного пакета акций, подвергнувшиеся атаке со стороны некой инвестиционной компании, наивно полагают, что именно она и является инициатором поглощения. Однако часто на рынке встречается ситуация, когда настоящий заказчик покупки акций по определенным причинам не хочет афишировать свой интерес к активам, в связи с чем он обращается к независимой инвестиционной компании. В этом случае инвесткомпания инициатором сделки не является, выступая в качестве исполнителя. Владельцы компаний малого и среднего бизнеса Наименее влиятельной группой являются представители малого и среднего бизнеса. Особенностью данной группы является отсутствие и значительных финансовых средств, и административного и интеллектуального ресурса. В связи с двумя последними обстоятельствами, предприниматели предпочитают пользоваться услугами профессиональных консультантов, отказываясь от самостоятельной реализации проекта. Очень часто для получения контроля над компанией представителям это группы приходится брать кредиты в банковских организациях. Однако не всегда вложения себя оправдывают - в практике встречаются случаи, когда из-за беспечной инвестиционной политики у инициатора сделки возникали серьезные про-блемы, приводившие даже к продаже основного бизнеса. Совладельцы бизнеса Совладельцы - самая разношерстная группа инициаторов недружественных поглощений. Однако всех ее фигурантов объединяет желание избавиться от партнеров по бизнесу. Как правило, эти лица владеют небольшой долей в уставном капитале хозяйственного общества и фактически не имеют возможности ни оказывать влияния на управление компанией, ни участвовать в получении прибыли от деятельности предприятия. В данной ситуации речь идет прежде всего о корпоративном захвате компании, когда прежний собственник компании отодвигается в сторону своим младшим компаньоном. «Широкий взгляд на корпоративное управление это, прежде всего, понимание всей системы социально-экономических отношений в обществе. Это соотношение между личным благосостоянием и благосостоянием страны в целом, соотношение между конкурентоспособностью одной компании и конкурентоспособностью страны. Здесь не простой баланс, и над ним придется еще долго и много работать». Геннадий Константинов. Доклад на международной конференции «Корпоративное управление и экономический рост в России». 3 июня 2004 г. Однако встречаются и иные ситуации, допустим, когда партнеры равноправны и один из них решает избавиться от другого. Дело в том, что на определенном этапе становления компании, когда механизм бизнеса уже отлажен и начинает приносить доход, партнеры начинают задумываться об их дальнейшей роли в этой организации. Кто-то нашел себя в управленческой структуре новой компании, кто-то занимается активным поиском клиентов, а кто-то, оказавшись не у дел, просто ожидает регулярной прибыли от деятельности компании. Разумеется, такой подход не может обрадовать остальных партнеров, начинающих относиться к беспечному компаньону как к нахлебнику. При этом обычно забываются его прежние заслуги перед фирмой. |
| На первый взгляд захватить предприятие было достаточно легко - контрольный пакет акций был разбит на несколько равных частей по 20%, собственниками которых являлись три общества с ограниченной ответственностью и лично генеральный директор компании. Первоначально планировалось перехватить управление в обществах с ограниченной ответственностью. Агрессоры собирались использовать тривиальную схему со сменой участников компаний, а также их единоличных исполнительных органов. Однако внезапно была получена оперативная информация о том, что начальник налоговой инспекции, в которой были зарегистрированы ООО, держит в своем личном сейфе все документы, касающиеся этих компаний. Любые попытки внести изменения в ЕГРЮЛ находятся под его личным контролем. Данное обстоятельство осложняло проведение операции, поэтому было решено завладеть акциями другим способом. Злоумышленники задумали получить некие судебные акты, которые бы явились основанием списания акций с лицевых счетов акционеров. Консультанты уже начали вести предварительные переговоры с судьями, когда выяснилось, что на указанные акции службой судебных приставов наложен арест в рамках арбитражного дела о взыскании с акционеров задолженности по кредиту. Странным образом поручителем при получении данных кредитов являлся генеральный директор компании-цели, поэтому арест был наложен и на его пакет. Сначала консультанты переполошились, решив, что компания попала в сферу интересов других агрессоров, но вскоре им удалось установить, что действия судебных приставов являются не чем иным, как одним из оборонительных рубежей владельцев компании. Юридическая компания продолжала искать слабые стороны в системе защиты компании, а заказчик тем временем начинал терять терпение. Он не понимал, почему нельзя просто взять и захватить предприятие. Вскоре его нервы, утомленные постоянным ожиданием захвата, не выдержали, и он расторг договор с осторожными консультантами. Инициатор враждебного поглощения обратился к другим специалистам, которые решили действовать по известному наполеоновскому принципу: «Главное - ввязаться в бой, а там посмотрим». Однако знакомство с искусством ведения военных действий не помогло новоявленным корпоративным стервятникам. Попытка силового поглощения предприятия провалилась. Группа захвата была арестована вовремя приехавшими сотрудниками милиции, а ретивость иногороднего судебного пристава была охлаждена заместителем начальника региональной службы судебных приставов, поинтересовавшимся у своего коллеги, почему тот не уведомил его о необходимости совершения исполнительных действий на неподведомственной ему территории. Таким образом, оборона компании оказалась крепким орешком для сторонних агрессоров. Некоторые инвестиционные компании, осознав, что молниеносно поглотить предприятие не удастся, могут на время приостановить активные боевые действия, ожидая более подходящих условий для захвата предприятия. Это довольно частое явление для компаний, которые одновременно ведут несколько проектов. В складывающихся ситуациях агрессоры предпочтут закончить недружественное поглощение на одном объекте, после чего бросить все силы на искомый актив. Российские рейдеры для западных инвесторов стали таким же символом коррупционности всей страны, каким была в свое время российская мафия. Многие специалисты, обсуждая феномен российских корпоративных войн, проводят параллели с «эрой жадности», ознаменовавшей последнюю волну поглощений в США в 1970 - 1980 годах. Жадность компаний-акул, покушающихся на чужое имущество, иногда рассматривают как элемент естественного отбора. Случается, что рейдеров благосклонно именуют «санитарами бизнеса», приписывая несвойственные им качества очищения рынка от неэффективных и слабых собратьев. Однако согласиться с этой точкой зрения означает окончательно утвердить дикие нравы отечественного бизнеса. Ситуация с корпоративными захватами зашла слишком далеко. И если первое время предприятия поглощали более крупные собратья по бизнесу, и силовые методы предпринимались в крайнем случае, когда владелец «лакомого кусочка» отказывался продать свой бизнес добровольно, то сейчас все изменилось. За рейдерами чаще всего стоят не сомнительные криминальные структуры или нечестные партнеры по бизнесу, но уважаемые предприятия и инстанции, которым покровительствует власть. Более того, захваты в последнее время стали способом, которым государство решает свои экономические и политические проблемы. Рейдеры используют все инструменты захвата, включая и криминальные: подделка документов, регистрация компаний на подставных лиц, подкуп силовых структур, чиновников, судей и судебных приставов. Захват предприятий - это тщательно спланированная операция. Большинство захватов осуществляются по стандартным схемам. Например, рейдерская компания скупает некоторую часть акций захватываемого предприятия, втайне от других собственников проводит собрание акционеров, на котором избирает нового директора, после чего захватывает предприятие. Решение собрания акционеров об избрании нового руководства регистрируется в налоговой инспекции, которая не обязана проверять предъявляемые ей документы. Сколько это стоит Кто бы ни стоял за сделками M&A, схемы, по которым они осуществляются, довольно стандартны. На каждую из них - будь то «черная» схема (нарушение уголовного законодательства), «серая» (нарушение административного законодательства) или «белая» (атака с нарушением морально-этических норм) - существуют соответствующие прайс-листы и исполнители. Не менее проработана и последовательность действий захватчиков. Организация захвата готовится заранее. Сначала изучается расположение предприятия и его реальное финансовое состояние. Оценивается стоимость земли, зданий и оборудования. Стоимость такой экспертизы - 5 - 20 тыс. долларов. Затем оценивается система физической охраны, выясняется, сможет ли предприятие дать силовой отпор захватчикам, насколько хорошо налажены связи с прокуратурой и органами местной власти. Составляются планы нейтрализации потенциальных защитников объекта. Стоимость услуги -3 - 10 тыс. долларов. На следующем этапе составляется подробный план захвата объекта по двум сценариям - с применением силы и без (так называемый правовой спектакль). Затем рейдеры используют различные комбинированные сценарии захвата. Для чего предварительно изучают структуру собственности объекта, место хранения и доступность реестра акционеров, стоимость нейтрализации местных судов, милиции, органов власти, обеспечение пиар-прикрытия акции. Стоимость этой услуги - 10 - 30 тыс. долларов. «Решение масштабных экономических задач, которые мы ставим перед собой, невозможно без кардинального улучшения работы наших отечественных компаний, воспитания культуры корпоративного управления, внедрения международных стандартов». Михаил Фрадков. Доклад на конференции НСКУ «Корпоративное управление и экономический рост в России». Москва. 3 июня 2004 г. На этапе организации захвата все зависит от выработанной схемы. Если речь идет о силовой атаке, к итоговой сумме необходимо приплюсовать стоимость перевозки бойцов к месту захвата. И в этом тоже - специфика русского захвата, поскольку даже если заплатить «местным», то это еще не будет гарантией выполнения условий сделки: бойцы могут в самый неподходящий момент передумать, перепродать свои услуги неприятелю. Приблизительная цена такой услуги - 200 - 400 тыс. долларов. «Сопроводительные мероприятия» по захвату объекта также требуют определенных затрат. Так, за взятку в прокуратуру в размере $ 75 тыс. и судье в 50 тыс. долларов непокорных руководителей могут привлечь к уголовной ответственности по фальсифицированным документам (наркотики, растление несовершеннолетних, шпионаж и пр.) и осудить на срок до 15 лет. Как правило, иск подается в какой-нибудь провинциальный суд, который в свою очередь выдает исполнительный лист на арест имущества предприятия в другом городе (в Москве, например). С помощью этого листа захватчики отбирают предприятие у законного владельца. |
| При перерегистрации акций и имущества предприятия, а также при смене его законного руководства используются поддельные документы, полученные с помощью подкупленных нотариусов, затем эти документы используются при переоформлении права собственности в налоговой инспекции и в Мосрегистрации при внесении изменений в Единый государственный реестр юридических лиц. По данным ФСБ, эта «работа» стоит от 70 до 130 тыс. долларов США. Стоимость закрытия любого уголовного дела может колебаться в пределах от 30 тыс. до 1,5 млн. долларов в зависимости от того, какая инстанция расследует дело. Прослушивание мобильного телефона без санкции суда стоит 1500 долларов в день, с санкции суда - 300 долларов в день. Изоляция лица от внешнего мира (похищение) - от 20 тыс. долларов. Депутатский запрос - от 5 - 8 тыс. долларов. Выпуск нужного постановления Правительства - от 500 тыс. долларов. Сюжет по центральному телевидению (1,5 -2 мин.) - 5- 30 тыс. долларов. В 2000 году на Дальнем Востоке серьезную огласку получила история, связанная с корпоративным захватом одного градообразующего предприятия. Собственник компании (он же генеральный директор) контролировал порядка 40% акций хозяйственного общества. Еще 40% акций компании находилось в федеральной собственности. Остальные акции небольшими долями распределялись между мелкими акционерами. Данная ситуация позволяла генеральному директору, заручившись поддержкой представителя государства, без труда принимать решения по текущим вопросам деятельности компании. Действия атакующей стороны начались по стандартному сценарию - была предпринята попытка массовой скупки ценных бумаг, находящихся в собственности у физических лиц. Менеджмент компании молниеносно отреагировал на произошедшее, начав разъяснительную кампанию среди владельцев акций. Именно благодаря этому атакующей стороне удалось приобрести немногим более 11% акций. Некоторое время спустя к реестродержателю общества обращаются судебные приставы с требованием об изъятии реестра акционеров и передаче его регистратору, находящемуся в городе Иваново, на том основании, что акционер общества, проживающий в этом регионе Центральной России, не может продать свои акции в связи с удаленностью регистратора. Реестродержатель, разумеется, передал приставам распечатанный вариант реестра, однако не стал прекращать вести реестр компании. После визита приставов стало известно, что в том же городе Иваново планируется проведение общего собрания акционеров, на котором будет избираться новый состав совета директоров и генеральный директор. Приглашение принять участие в общем собрании акционеров было направлено и генеральному директору компании, однако в присланных ему бюллетенях количество принадлежащих ему акций почему-то уменьшилось в 10 раз. Генеральный директор решил самостоятельно разобраться с организаторами собрания и срочно вылетел в Иваново. Однако адрес, указанный в извещении, - Каракалпакский переулок, д. 1, - оказался несуществующим. Рейдеры изобрели так называемый печатный станок документного контрафакта. Это автоматизированная система, с помощью которой создается полный пакет поддельных документов в кратчайшие сроки и без ошибок. В офисе «печатного станка» можно создавать бумаги любого содержания, в том числе и на государственных бланках: судебные решения, постановления, выписки, свидетельства на право собственности, резолюции чиновников различного уровня, уставы, хозяйственные договоры, акты, акции и векселя. Управляется такой офис адвокатами нападения. При захватах могут использоваться сведения из следующих источников: Федеральная налоговая служба (своевременность внесения обязательных платежей, задолженность по налогам и сборам, данные бухгалтерских балансов, участие в создании коммерческих организаций); Федеральная служба по финансовым рынкам (сведения о составе органов управления компании, основные вопросы, выносимые на общее собрание акционеров, состав акционеров, сведения о выпуске акций); Федеральная антимонопольная служба (сведения о получении разрешений на приобретение акций и долей в уставных капиталах сторонних компаний, получение контроля над активами коммерческих организаций и т. д.); Федеральная таможенная служба (сведения об экспортно-импортных контрактах, заключенных компанией-целью); Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом (информация о ходе приватизации компании, нарушения соответствующих приватизационных процедур); лицензирующие органы (сведения об имеющихся у предприятия специальных разрешениях на отдельные виды деятельности, сроки их действия, нарушения при получении лицензий); арбитражные суды (информация о судебных делах, участником которых является компания-цель, при этом особое внимание уделяется процессам, в которых предприятие выступает ответчиком); силовые ведомства (различная информация о деятельности предприятия, особенно оперативная информация о контактах его собственников и руководства, связи с криминальными структурами). Позвонив своему заместителю на Дальний Восток, он узнал, что местные газеты опубликовали материал об уже состоявшемся общем собрании акционеров, на котором были переизбраны и члены совета директоров, и генеральный директор. Более того, по сведениям одного издания, в самое ближайшее время должна состояться встреча губернатора края с вновь избранным руководителем предприятия. Разумеется, все силы настоящего генерального директора были направлены на нейтрализацию деятельности самозванца. Битвы с агрессором продолжались три месяца. В конечном итоге обороняющаяся сторона, выиграв несколько судов, добилась передачи реестра первоначальному регистратору. При этом решения фальшивых органов управления были признаны недействительными. Но пока генеральный директор летал между Иваново и Дальним Востоком, забыв о своих московских покровителях, атакующая сторона активно «обрабатывала» нужных чиновников в Министерстве имущественных отношений и ряде других ведомств. В результате государственный пакет акций был продан компании-агрессору не на открытых торгах, а при помощи комиссионной продажи. Таким образом, вместе с уже имеющимися ценными бумагами агрессор заполучил 51% голосующих акций компании. |
| В качестве примера можно привести печальную историю, случившуюся не так давно на одной мебельной фабрике. Проходило годовое собрание акционеров, на котором решалась судьба директорского поста. Основной пакет акций был сосредоточен в руках лиц, поддерживающих действующего директора компании. Однако контроль над фабрикой пытались установить и иные силы, намеревавшиеся избрать подконтрольного себе руководителя. Как стало известно собственникам компании, агрессоры планировали проникнуть на место проведения собрания с судебным приставом, который на основании исполнительного листа далекого районного суда намеревался заблокировать их участие в собрании. Чтобы этого не произошло, было решено сразу же после появления на проходной судебного пристава перевести счетную комиссию и крупных акционеров в здание, примыкающее к месту проведения собрания. В этом случае собрание было бы проведено в считанные минуты, и оставалось только подписать итоговые протоколы. Проход в соседнее здание должен был осуществляться по небольшому коридору, преграждаемому массивной дверью. Обычно она всегда была закрыта, однако перед собранием директор позаботился о том, чтобы дверь оставалась незапертой. О планируемых событиях было известно только узкому кругу лиц, никто не удосужился рассказать об этом директору по кадрам, который, как всегда, занимался организационными мероприятиями, связанными с собранием. Поэтому он, обнаружив за час до собрания открытую дверь, распорядился закрыть ее, полагая, что через нее на собрание могут пройти недоброжелатели. Разумеется, из-за этого счетной комиссии не удалось попасть в соседнее здание. В суматохе долго не могли найти ключ, а когда все же его принесли, было уже поздно - расторопный пристав зачитывал членам комиссии исполнительные документы. В тех случаях, когда корпоративным захватчикам удается заручиться поддержкой региональной прокуратуры, приставов и органов внутренних дел, судьба обороняющейся стороны весьма незавидна. Часто бывает так, что прокуратура поддерживает захватчиков, милиция - обороняющихся, а приставы занимают пассивную позицию, ожидая, когда руководство их ведомства решит поддержать ту или иную сторону конфликта. «Будущее России предполагает высокие темпы экономического роста, основанные на инвестициях в российскую экономику, которые невозможны без выхода на новый уровень корпоративного управления». Александр Жуков, вице-премьер РФ «Поддержание высоких стандартов корпоративного управления необходимо для привлечения капитала. Это универсальное правило, которое должно распространяться на всех, и если Россия хочет добиться экономического роста, то должна играть по общим правилам». Айра Мильштейн, председатель консультативной группы частного сектора Глобального форума по корпоративному управлению. Выступление на конференции НСКУ «Корпоративное управление и экономический рост в России». Москва. 3 июня 2004 г. Вспоминается случай, когда одно крупное предприятие за полтора месяца переходило из рук в руки семь раз. Если в начале передела собственности милиция и прокуратура хоть как-то реагировали на поступающие звонки о нарушениях, то в конечном итоге на крики в телефонной трубке никто уже не обращал внимания. Необходимо особо подчеркнуть, что довольно большая часть так называемых дружественных сделок таковыми не являются. Прежде чем предпринять враждебные действия, направленные на захват того или иного предприятия, агрессоры проводят переговоры с владельцами компании, в ходе которых последние получают предложение о продаже принадлежащего им актива. При этом инициатор поглощения устанавливает не очень высокую цену покупки компании, убеждая своего контрагента в том, что он все равно потеряет предприятие - вопрос только во времени. Если жертва понимает безнадежность своего положения, то вскоре широкой общественности объявляется о состоявшейся дружественной сделке слияния и поглощения. Дружественные сделки слияний и поглощений характеризует наличие определенных этических правил, соблюдение различных кодексов корпоративной этики. Но в войнах, которые ведутся за установление контроля над компания-ми, все средства хороши. Причем это касается не только нападающих, но и обороняющихся, понимающих, что они могут потерять бизнес. Несмотря на изначальную аморальность корпоративных захватчиков, все же у большинства из них срабатывает инстинкт самосохранения, который заставляет придерживаться неких базовых принципов поведения. Прежде всего, речь идет о физическом давлении на противников, что трактуется как «беспредел». Адекватные рейдеры не применяют в качестве способа достижения цели мер физического воздействия по отношению к акционерам, топ-менеджерам обороняющейся компании, консультантам и членам их семей. Причина этого банальна - члены рейдерской команды прекрасно понимают, что аналогичные мероприятия могут быть использованы и против них. Но, к сожалению, и это правило так и не стало всеобщим. По-прежнему имеют место факты похищений членов семьи, насильственное использование наркотиков и просто физическое устранение. «Уголовное преследование» как способ давления часто используется по отношению к жертве недружественного поглощения. В случае силовых захватов также существуют определенные правила. В частности, нападающие в очень редких случаях начнут штурм, если предприятие находится под охраной ВОХРа и на проходной присутствуют представители органов внутренних дел. Кроме того, в ходе захватов довольно редко открывается огонь на поражение. Допускаются предупредительные выстрелы или использование резиновых пуль, однако боевое оружие идет в ход только в случае угрозы жизни. Это вызвано тем, что в случае применения оружия корпоративный конфликт сразу же переходит в «ведомство» органов правопорядка, и атакующая сторона утрачивает контроль над ситуацией. |
| Особые нормы поведения существуют и во взаимоотношениях консультантов, осуществляющих сопровождение сделок слияний и поглощений. С каждым годом все увеличивается число консультантов, отказывающихся принимать участие в сделках, если их потенциальными заказчиками являются так называемые авторитеты. Некоторые рейдеры даже руководствуются особыми критериями, в соответствии с которыми они принимают окончательное решение об участии в корпоративном захвате только в тех случаях, когда у заказчика есть пакет акций предприятия; если есть кредиторская задолженность компании заказчику; если не выполнены обязательства или были совершены некорректные действия со стороны собственников компании в адрес потенциального захватчика. «Россия сменила свой имидж «Дикого Востока» на инвестиционные рейтинги. Количество проведенных и предстоящих IPO различных компаний в этом году будет превышать количество проведенных IPO последних пяти лет вместе взятых. Количество IPO в будущем году обещает быть таким же большим. Проще говоря, корпоративное управление приносит свои плоды. И пришло время говорить о совершенствовании. Не для того, чтобы быть отличником, а для того, чтобы дальше способствовать большей привлекательности России для инвестиций и ведения бизнеса». Патрик Ван де Куверинг. Доклад на международной конференции «Инвестиционный климат в российских регионах». Екатеринбург. 24 июня 2005 г. «Одной из новейших тенденций и перспективным направлением в развитии российской практики корпоративного управления можно считать постепенный отход собственников от оперативного управления капиталами компании и передача управления в руки профессиональных менеджеров. Примеры уже есть - это Магнитка и «СУАЛ-Холдинг». Происходит неизбежное стирание граней и различий, унификация правил и методов в корпоративном управлении между отечественными компаниями и их зарубежными конкурентами. Постепенно возрастает транспарентность и становится все более прозрачной структура российского капитала. В качестве обязательного условия повышения инвестиционной привлекательности национальной экономики следует также назвать неизбежный переход российских компаний на международные стандарты отчетности и бухгалтерского учета». Андрей Козицын. Доклад на международной конференции НСКУ «Инвестиционный климат в российских регионах». Екатеринбург. 24 июня 2005 г. Превентивные меры Компаниям приходится уделять внимание превентивной защите, своевременно проводить реорганизацию в различные юридические лица, разделять производственные активы, вводить перекрестное владение на них, выводить управляющую компанию в оффшорную зону. Все это связано с огромными издержками и наносит непоправимый вред российскому бизнесу. Все компании вынуждены использовать административный ресурс, устанавливать отношения с налоговой инспекцией, регистрационной палатой, судьями. Все компании заранее готовятся противостоять силовым захватам, заблаговременно создают «оборонительные рубежи». Это неизбежно приводит к концентрации собственности . Мажоритарии стараются ликвидировать распыленность акций. Проблема акционерных обществ в том, что они имеют право выпускать акции, а те, в свою очередь, могут быть легко скуплены недружественным поглотителем. Например, по закону при продаже своей доли в АО необходимо предоставить преимущественное право выкупа другим акционерам, а при дарении этой оговорки нет. Поэтому такой способ часто используется рейдерами. Государство это понимает и сейчас собирается законодательно «подталкивать» компании к переходу в ООО. Улучшив корпоративное управление и прекратив притеснять миноритариев, компании тоже могут застраховать себя от недружественных поглощений. Другие способы борьбы с захватчиками - это альтернативный суд, который выносит противоположное решение, и оно исполняется. А также грамотный PR, который может сформировать нужную позицию органов власти. В отношении компаний, имеющих высокий уровень корпоративного управления и высокую деловую репутацию, достаточно сложно проводить захваты. Как только публично объявляется о попытках захвата такой компании, деятельность захватчиков осложняется. Наиболее эффективным средством от недружественного поглощения в российских условиях является вывод компании на иностранные фондовые рынки, проведение IPO. Рейдеры не любят огласки своей деятельности и предпочитают не связываться с публичной компанией, имеющей в структуре своего акционерного капитала иностранных инвесторов. Видоизменяются и методы, и средства, используемые рейдерами. Прежде всего, все большую популярность приобретает не получение незаконного или полузаконного контроля над акциями (активами) компании, а вынуждение фактического собственника компании добровольно передать контроль над ней атакующей стороне. В связи с этим нападающие применяют целый комплекс мероприятий, направленных на создание проблем как у самого собственника, так и у принадлежащего ему предприятия. Компания подвергается бесчисленным проверкам контролирующих органов, возбуждаются уголовные дела в отношении ключевых лиц команды-обороны, осуществляется дискредитация контролирующего акционера и т. п. Указанные действия снижают реальную стоимость компании и готовят фактического собственника к мысли о том, что ему целесообразно продать бизнес захватчикам как можно скорее. В настоящее время Минэкономразвития подготовило целый ряд законопроектов, призванных пресечь массовое использование рейдерских технологий. Безусловно, в случае их принятия удастся предотвратить не один корпоративный захват компании. Однако нельзя забывать, что, как бы ни старался законодатель, если для предпринимателей превыше всего будет получение сверхприбыли, если общество не будет в открытую порицать и отвергать корпоративных захватчиков, если продажные чиновники будут готовы закрывать глаза на корпоративные захваты, ситуация не скоро изменится. Александр Молотников |
|
*Экономический терроризм // e-terror. ru/it2b2.view3.page 28. 01.12.2005 **Журнал NeWSru.com/ Экономика // http:// newsro.com/arch/ finance/12may 2005 ***В результате многие предприятия малого и среднего бизнеса вынуждены перепрофилироваться, «уходить в тень» и самоликвидироваться, что резко уменьшает налогооблагаемую базу в столице за последние 2 года. В итоге только в 2004 году Москва потеряла в результате силовых захватов предприятий 11 тысяч рабочих мест, а ущерб городской казне исчисляется уже десятками миллиардов рублей, что наносит, в частности, ущерб социальным программам столичного правительства. Все это резко сокращает иностранные инвестиции. Не каждый бизнесмен рискнет вложить в нашу экономику деньги в ситуации, когда сохранность этих денег не гарантирует даже государство. В настоящее время потенциальный объем рынка захватов в Москве составляет около 4000 предприятий и компаний. По оценкам специалистов управления экономической безопасности (УЭБ) правительства Москвы, силовые захваты будут активно продолжаться в столице до 2011 г. На очереди - предприятия машиностроения и металлообработки, Гупы, владеющие небольшими особняками в центре Москвы. Согласно планам правительства Москвы, значительная часть этих особняков должна была быть приватизирована к 2005 году и эксперты предрекали активизацию силовых захватов именно этого вида имущества. На очереди также оборонные предприятия или бывшие оборонные предприятия и НИИ СССР, а также крупные компании с большим количеством объектов недвижимости - «Москвич», «ЗИЛ», завод «Серп и Молот». ****Довольно часто приходится сталкиваться с мнением о том, что причина рейдерской деятельности кроется в несовершенстве действующего законодательства. С этим доводом можно согласиться лишь отчасти. Конечно, наше законодательство далеко от идеального состояния. Но основная проблема не в законах, а в тех, кто их применяет. Проблему следует искать в коррумпированности судей, судебных приставов, сотрудников милиции. Ни для кого не секрет, что увеличению числа недружественных поглощений способствовали представители государственных органов. Чиновники прежде всего предпринимали титанические усилия для того, чтобы «снять» как можно больше денег с процессов недружественных поглощений. Справедливости ради следует отметить, что в последнее время стали предприниматься определенные меры противодействия корпоративным захватам. прежде всего это выразилось в изменении законодательства и проведении профилактических антикоррупционных мероприятий среди судей и сотрудников правоохранительных органов. |
 |
|
Консалтинговые услуги |
 |
О компании | Библиотека | Мероприятия | Контакты | Карта сайта
|
 |
